Подчиняясь воле своих английских покровителей, грузинское меньшевистское правительство потребовало, чтобы отступившие вернулись обратно в распоряжение «добровольческой» армии. Однако все предпочитали смерть возврату в занятый деникинцами Владикавказ. Трое суток, 11, 12 и 13 февраля, стояли они в сел. Ларе. В эти дни в Дарьяльском ущелье свирепствовали особенно лютые морозы.

Заканчивалась еще одна тяжелая ночь. Вдруг поступило сообщение о том, что грузинские меньшевики согласились пропустить отступавшие из-под Владикавказа части на территорию Грузии. Это произошло 14 февраля 1919 года. Но правительство Грузинской республики выдвинуло требование: арестовать всех коммунистов, ответственных партийных и советских работников, комсостав и доставить их в Метехский замок, сдать все имеющееся военное имущество.

Чтобы как-то оправдаться перед своими английскими «шефами», грузинские власти потребовали инсценировать даже бой, дабы создать впечатление, будто красноармейцы насильно ворвались на территорию Грузии.

Неожиданно загрохотали, загудели пушки, застрочили пулеметы, завыли, заохали горы. Многие не знали о готовившейся инсценировке, и начало «боя» вызвало среди них переполох.

Войска стали переходить границу и остановились в сел. Казбеги. Пленных большевиков через Дарьяльский мост пропускал меньшевистский палач, полковник Церетели. Обращался он с ними грубо, допускал произвол.

Беженцев разместили в неблагоустроенном сарае. Часть интернированных (в основном красноармейцев) находилась во дворе под открытым небом. К счастью, в середине марта значительно потеплело, и они получили возможность в дневное время отогреваться на солнце. Некоторые из бойцов подыскали себе работу: кто дворником, кто землекопом. Следует подчеркнуть, что грузинское крестьянство в своей основе доброжелательно, с пониманием и уважением относилось к отступившим в Грузию.