Он сказал, что вся политическая борьба в Терской области вертится вокруг земельного вопроса, все благополучие существования горцев зависит от разрешения этого вопроса, и что на справедливое разрешение его горцы имеют историческое и политическое право и право революции. Но, к сожалению,—продолжал Шерипов,—«не все это хотят осознать, и на заседании земельной комиссии один из ответственных представителей казаков заявил, что мы хотим отнять у казаков землю».

Напомнив, как в прошлом царские генералы разоряли аулы и отбирали у них ту землю, на часть которой претендуют теперь горцы, А. Шерипов заявил:

«Если армия безземельных горцев не получит удовлетворения своих законных нужд, то она может стать страшной силой в руках контрреволюционеров… Я должен открыто и прямо заявить: удовлетворите наши справедливые требования, дайте нам Родину и вы найдете в нас достойных товарищей, которые честно и самоотверженно вместе с вами пойдут сражаться против всяких нашествий».

Заявление А. Шерипова не раз прерывалось протестующими выкриками с мест, особенно когда он подчеркивал, что «дальше безмолвно и рабски терпеть земельное неравенство горцы не могут». «Это ультиматум!» — кричали с мест. «Никакого ультиматума тут нет, но мы сказали вам объективно о настроении наших масс»,— возразил А. Шерипов.

С ответным заявлением казачье-крестьянской фракции выступил Фальчиков. Отметив, что у казаков тоже имеются исторические права на свои земли, он сказал: «Чтобы дать трудовому народу мир, мы пойдем на справедливые уступки в разрешении земельного вопроса, определенные завоеваниями революции. Но другие требования, где будет произвол, встретят достойный отпор!»

Оставить просто так эти две декларации нельзя было. И народный комиссар земледелия Ю. Г. Пашковский дал краткое, но исчерпывающее разъяснение позиции народной власти в историческом споре.