В целях поощрения проникновения английского капитала в экономику Латвии английское правительство предоставляло частным предпринимателям, вкладывавшим свои капиталы в Латвии, правительственные гарантии на случай возможных убытков.

Основную роль в экономическом закабалении Латвии играла группа английских банкиров во главе с директорами «Нейшенэл метал энд Кемикэл бэнк» Смитом и Фортингтоном, тесно связанными также с «Ллойд бэнк». В середине августа 1919 г. Фортингтон прибыл в Ригу. Он вел с Ульманисом, Мееровицем и министром финансов буржуазного правительства Латвии Эргардтом переговоры о поставках из Англии вооружения в обмен на латвийский лен и лес. Переговоры с Фортингтоном велись самым секретным образом. В конце августа 1919 г. Мееровиц телеграфировал Сескису в Париж, что весь имеющийся в Латвии лен продан Англии. Следовательно, к этому времени переговоры о поставках вооружения в обмен на лен уже привели к известным результатам. Строго секретный характер переговоров объяснялся прежде всего тем, что правительство Ульманиса пыталось скрыть от народных масс разбазаривание им природных богатств страны. Это было фактически обкрадыванием достояний латышского народа.

После отъезда Фортингтона из Риги министр финансов Латвии Эргардт предпринял поездку в Лондон, чтобы продолжить переговоры. В результате была достигнута договоренность, согласно которой «Нейшенэл метал энд Кемикэл бэнк» принял на себя посредничество в продаже за границей латвийского льна и закупке в Англии военных материалов для латвийского правительства. За свои услуги банк получал комиссионные в размере 5% стоимости проданного им латвийского льна и в размере 7,5% стоимости военных материалов, купленных им в Англии для латвийского правительства. Закупки военных материалов должны были отчасти финансироваться также самим банком, за что ему было предоставлено монопольное право.