В апреле 1917 года Свердлов во время приезда в Екатеринбург останавливается на квартире Юровского: начинался новый этап подготовки «страшного суда». После октябрьского переворота наступило время часовщика, ювелира и фотографа Юровского, который к тому времени стал еще и военным фельдшером, избежав таким способом отправки на фронт. Юровского назначили председателем следственной комиссии Уральского облрев-трибунала, заместителем комиссара юстиции, членом Коллегии ОблЧК, заведующим охраной Екатеринбурга.

Таких полномочий коменданту Ипатьевского дома было достаточно для выполнения убийства Царской Семьи и сокрытия его следов. Думается, именно с этой целью он и обзавелся столь широкими полномочиями. Заняв высокие посты, Юровский тем не менее лично участвовал в обысках и грабежах мирного екатеринбургского населения, на его совести расстрелы множества людей без суда и следствия.

Комиссариат юстиции был нужен новой власти разве что для получения зарплаты и пайка, поскольку для расстрела человека достаточно было доноса или самого факта установления непролетарского социального положения. Юровскому, «деспоту по характеру, любящему угнетать людей», такая «работа» приносила удовлетворение.

4 июля 1918 года Юровский вступил в должность коменданта Ипатьевского дома, в котором он уже побывал 13 (26) мая, о чем Государь записал в своем дневнике: «…черный господин, в котором мы признали врача»143 — он сопровождал приходящего под конвоем к больному Алексею доктора В.Н. Деревенко, который «знал, что Юровский играл очень важную роль».

Именно Юровский еще в июне проверил все комнаты Царской Семьи, а 4 июля описал золотые вещи, сложил.