Наконец, ненависть горских масс к русскому царизму питалась и постоянными карательными экспедициями, когда широко применялись расправы с целыми аулами, разрушение или сжигание построек, вытаптывание посевов, вырубание фруктовых садов и т.д. В известном проекте покорения Кавказа, предложенном генералом Вельяминовым, подчеркивалось: «Нужно наносить горцам самый существительный вред в необходимых средствах существования, нужно направлять удары на те предметы, коих они не могут скрывать от войск наших… Уничтожение полей в продолжении нескольких лет сряду есть, по-моему, единственное средство достигнуть сей цели». И средство это широко пускалось в ход кавказским командованием.

Все эти мероприятия, официально именовавшиеся политикой приобщения горских народов к культуре и цивилизации, не могли, конечно, пройти бесследно для отношения рядового горца к завоевателям чужеземцам, и, вспоминая о царизме, горец не мог одновременно не вспоминать о погибшем урожае, о разрушенном жилище, о вырезанной семье. И власть местного феодала, более близкая, казалась часто меньшим злом сравнительно с царской властью. Поэтому-то, возможно, и бывали случаи, когда феодал выступал вместе с массами против царизма, создавая впечатление единого национального фронта. Но по существу своему этот единый фронт был чрезвычайно непрочен, держался только до того момента, пока феодал сторговывался с царизмом. Когда же обе стороны приходили к соглашению, феодал предавал крестьянскую массу и нередко активно помогал царским войскам усмирять крестьянское движение.