Н.Ф.Дубровиным, у которого уже заимствовало эти материалы подавляющее большинство позднейших авторов. Одним словом, почти нет авторов, писавших о Чечне, которые не заимствовали бы материалов из сборника Фрейтага. Об этом нужно помнить и все данные в первую очередь проверять именно с этой точки зрения, так как в большинстве случаев заимствователи либо совершенно не указывают источника, либо, как, например, Иванов, указывают его неверно.

Сборник Фрейтага, датированный 1843-м годом, содержит не только одни адаты, но дает также, что особенно ценно, краткий очерк истории чеченцев и некоторые сведения по истории чеченского землевладения. Эти данные должны быть использованы каждым исследователем истории Чечни. Так, в сборнике мы находим указание на то обстоятельство, что земли, поделенные отдельным родам, «однако же не раздробились на участки между членами их, но продолжали по-прежнему быть общею нераздельною собственностью целого родства» — классическая фраза, использовавшаяся большинством писавших о Чечне авторов. Очень ценны сведения сборника о рабстве в Чечне, рисующие достаточно четко войну как основной источник пополнения рабов. Между прочим, давая характеристику положения рабов, автор сборника замечает: «Положение лаев [рабов. — Н.П.] в Чечне есть то безусловное рабство, которое существовало в древнем мире».

Наконец, нельзя обойти молчанием и ряд ценных сведений, содержащихся в главе «О новом управлении, введенном Шамилем». Данные эти, очевидно, добыты от лазутчиков и представляют собой немаловажное дополнение к ряду других сообщений о характере имамата. Впрочем, для анализа социальной природы имамата сборник Фрейтага дает лишь отдельные замечания, требующие расшифровки. Однако общие указания на характер того слоя, который составлял администрацию имамата в Чечне, мы можем найти у Фрейтага, как, например, заявление: «…он [Шамиль. — Н.П.] привязал к себе первые чеченские семейства».