2 октября Везенмайер вернулся из ставки Гитлера. К этому времени наверняка он уже знал о зондаже венгров относительно заключения перемирия, ибо 2 октября в дневнике группы немецких армий «Юг» появилось донесение Грейфенберга о том, что, «по сообщению одного дружески настроенного офицера венгерского генерального штаба, в кругах жандармерии известно, что генерал Фараго ведет переговоры за границей с Советами о заключении перемирия, подписание которого ожидается».

Во время обсуждения в ставке Гитлера вопроса о Венгрии, в котором принимали участие Риббентроп и Гиммлер, столкнулись две точки зрения. Первую представлял Вннкельман, предлагавший немедленно провести открыто военную и беспощадную по своему характеру акцию по устранению регента и установлению германской военной диктатуры. План Везенмайе-ра был дипломатичнее. Верный своей прежней концепции, он считал, что режим Хорти, пока он поддерживает гитлеровцев, больше всего устраивает пх. Поэтому он предложил продолжать подготовку к путчу, в результате которого Салаши предполагалось поставить у власти, но начать путч нужно лишь тогда, когда о «предательстве» Хорти будут собраны неоспоримые улики. Более того, путчу следует придать легальный характер и при его осуществлении опираться на венгерские силы. Гитлер (хотя Риббентроп и Гиммлер одобрили предложение Винкельмана) поддержал план Везенмайера. Таким образом, гитлеровцы и па этот раз, как и в марте 1944 года, стремились придать своему режиму в Венгрии видимость законности*

Вернувшись в Венгрию, Везенмайер сообщил Салаши, что Гитлер решил его сделать главой политического руководства страны. Кемень и Коварц обратились к Салаши с просьбой дать им за несколько дней до начала путча заранее подготовленный военный приказ. И такой приказ был немедленно отпечатай в Вене. На следующей встрече, состоявшейся 4 октября, Салаши представил Везенмайеру список членов правительства.